ФОН Прозрачный Новая книга Старая книга Древняя книга
kavkazdoc.me/Дагестанская поэзия/Скорбная песня

Скорбная песня

Я доставившему весть,
Что домой издалека
Мой возлюбленный спешит,
Золотой поставлю трон.
А услышу стук подков —
И поджарому коню,
Что оседлан милым был,
В ясли сена заложу.

«Мать, родившая меня,
Говорят, из дальних стран
Нареченный скачет мой,
Повстречать его дозволь.
Белым сахаром хурджин
Ты наполнить поспеши
И в хрустальную бутыль
Меду светлого налей».

— «Дочь, терпенья наберись
И обычай уважай.
Кто ж встречает жениха
От порога вдалеке?»

— «Я сгораю от любви,
Страстью я опалена,
И обычая сильней
Нетерпение мое...»

Белым сахаром сама
Дочь наполнила хурджин
И в хрустальную бутыль
Мед янтарный налила.
На коне она верхом
Нареченного встречать
Выехала со двора
По дороге в Мармучи.
И, омывшись в роднике,
Стала совершать намаз,
Поднялась на склон горы,
Обратив к востоку лик.

А жених ее — Али —
В одночасье под горой
Удивленно осадил
Взмыленного скакуна.

«Что за чудо, о аллах!
Вижу древо на горе,
Ствол у древа золотой,
Ветви, словно серебро.
Две янтарные хурмы, —
Мир не видывал таких, —
Вижу я на древе том,
Что за чудо, о аллах!»

Закружилась голова
У несчастного Али.
Зависть черная прожгла
Сердце бедное его.

«Пусть не будет ни один
Женщиной владеть такой,
Что красой затмила вмиг
Лик возлюбленной моей».

И прицелился Али,
Черной завистью томим.
И осечки, как на грех,
Не дало ружье его.

Плетью скакуна ожег,
Вихрем на гору взлетел.
Понял все и побледнел,
Словно выстрелил в себя.

Пред возлюбленной упал
На колени сам не свой.
Заволакивал туман
Очи карие ее.
Смерть на белое чело
Тенью сумрачной легла
И черненье навела
На серебряной груди,

Холодевшие уста
Прошептали: «Не страдай.
И поглубже вырой мне
Ты могилу среди гор.
Не насытила любовь
Тело белое мое.
Пусть насытится оно
Черною землею всласть.
Я в объятиях твоих
Не лежала никогда,
В саван заверни меня,
Пусть меня обнимет он».

Возвратившийся в аул,
Матери сказал Али:
«И гроша не стоит мир,
Будь хоть весь он золотой».

— «Не казни себя, сынок!
Если бросишь этот мир,
Что же станется со мной
У родного очага?»
— «Что бы ни было с тобой,
Мне отныне все равно.
Превратись хоть в камень ты
У родного очага!»

— «Что же станется с твоей
Ненаглядною сестрой?»
— «Очи выплачет она,
А потом с тоски умрет».

— «На кого оставишь ты
Наши пастбища, сынок?»
— «Пусть сметет их ураган,
Молнии испепелят!»

— «Ты привез тюки сукна,
Что же будет с ним теперь?»
— «В обезлюдевшем жилье
Пусть его источит моль!»

— «А с оружьем боевым
Что же станется, сынок?»
— «Пусть его погубит ржа.
Ни к чему теперь оно!»

— «Что же будет без тебя
С чабаном твоих овец?»
— «Опершись на посох, пусть
Станет тенью он своей!»

— «Что же станется тогда
С тысячью овец твоих?»
— «Пусть вся тысяча овец
Станет грудою камней!..»

И по рукоять кинжал
В грудь свою Али всадил,
В камень превратилась мать
У родного очага.

И, над братом отрыдав,
Вскоре умерла сестра.
Пастбища огонь спалил,
И сукно побила моль.

На оружье боевом
Густо ржавчина легла.
И над посохом чабан
Превратился в тень свою.

И на пастбищах пустых,
Как хотел того Али,
Стала тысяча овец
Грудой серою камней.

____________

(С даргинского. Перевод Я. Козловского)


Текст воспроизведен по изданию:
«Антология Дагестанской поэзии». Том I. Песни народов Дагестана.
Дагестанское книжное издательство, 1980.
Составители: К. И. Абуков, А. М. Вагидов, С. М. Хайбуллаев

© Scan — A.U.L. 2009
© OCR — A.U.L. 2009
© Сетевая версия — A.U.L. 08.2009. kavkazdoc.me
© Махачкала. 1980.