ФОН Прозрачный Новая книга Старая книга Древняя книга
kavkazdoc.me/Кавказская тема/Расул Гамзатов. «Орлы в Гунибе».

Расул Гамзатов

Орлы в Гунибе

Здесь белая береза, гостья с севера,
И серебристый тополь коренной
У валуна щербатого и серого
Сплелись навек корнями под землей.

Не разорвать объятье это, где уж там!..
Средь хаоса насупившихся гор
Изгиб скалы, подобный спящей девушке,
Невольно завораживает взор.

Здесь, где над голубыми перевалами
Летят, как птичьи стаи, облака,
Остались навсегда лежать под скалами
Солдаты Апшеронского полка.

И перед боем помолившись наскоро
И выдохнув, как клятву, «Бисмилля!..» —
Здесь полегли под ярым русским натиском
Последние мюриды Шамиля.

Хотя могил и тех и этих поровну,
Меж ними отчужденья полоса.
А некогда одни и те же вороны
Клевали их застывшие глаза.

И можно до сих пор, как эхо слабое,
Расслышать в гулком говоре реки,
Как громыхают ружья православные,
Как бьются мусульманские клинки.

И разглядеть за тем стволом березовым
Сардара в позолоте эполет —
На сером валуне имама грозного
Он ждет через полутораста лет.

Но между ними, словно камень брошенный,
Крик Байсунгура: «Не сдавайся в пле-е-н», —
Звенит над вековой гунибской рощею,
Чтоб кануть навсегда в бессмертной мгле.

Фельдмаршал и имам — два лютых ворога,
Как кунаки, сошлись в конце войны…
Орлы над головами их, как вороны,
От зноя августовского пьяны.

Они круги сужают над могилами,
Где те и эти спят последним сном,
И в плавном их кружении магическом
Пророчество судьбы заключено.

Шамиль залюбовался завороженный
Полетом одинокого орла…
Почудилось в тот миг имаму, может быть,
Что это друг его Ахвердилав.

А вот еще один орел снижается,
Как зорок его желтый, хищный взгляд...
Стальное сердце дрогнуло от жалости:
«Не ты ли это, мой Хаджи-Мурат?..

Прощайте же, наибы правоверные,
И ты навек, Авария, прощай!..
В плену урусов я еще усерднее
Молиться стану за свой бедный край.

Прощаю вас, противники суровые,
Которых в горы царский гнал приказ.
Перебирая четки бирюзовые,
Я на чужбине вспомню и про вас.

Умолкнут пусть и пушки, и орудия —
Война не может длиться без конца…
Перед Аллахом поднимаю руки я,
А не перед тобою, белый царь».

...На этом месте, где в годину грозную
Последний штурм взорвался, как снаряд,
Южанин-тополь с северной березою,
Обнявшись, над могилами стоят.

Им все равно: жара ли, дождь ли, ветер ли —
Они корнями цепкими сплелись,
И никому за полтора столетия
Не удалось их вырвать из земли.

Под солнцем плиты выцвели надгробные,
Аварские и русские… Вдали
От необъятной первой своей родины
Они навек вторую обрели.

А кто их оскверняет в ослеплении,
Народец мелкий, только и всего,
И, разве что, достоин сожаления
За мстительное варварство его.

Пусть разозлятся жалкие подонки
На эти откровенные стихи.
Погибшим Бог судья — а не потомки! —
Он, милосердный, всем простит грехи.

____________


© Сетевая версия — A.U.L. 08.2009. kavkazdoc.me